======================= 1994 год ========================

Мои руки дрожат,	мои пальцы слабы,
мои письма идут,	а за ними - гробы.
Как бы всем было	лучше, если бы, да кабы,
только, как ни вертись, не уйти от судьбы.
А в глазах моих сталь, а в душе моей - лёд.
Ничего мне не жаль, что пройдёт - пусть пройдёт.
Испаряется ночь,	скоро солнце взойдёт,
и, я очень надеюсь, что-то произойдёт.
========================================
			   Я бегу внутри себя,
			   по дороге всё сметая.
			   Всё, что было до тебя - не для меня...
Бег прерван. Я больше не в силах. Устал.
Я падаю замертво	на повороте.
Наверно, напрасно всегда я считал,
что высшее счастье - в разгоне, в полёте.

Обидно - не смог, не сумел, не успел
сполна расплатиться по старому счёту,
Но я никого обмануть не хотел,
когда говорил, что берусь за работу.

Другим не прощал - и себе не прощу
того, что не выдержал бешеной гонки,
но кто мне ответит, чего я ищу
в сети рассуждений, бессмысленно тонкой?

Теперь я уйду. Я	спускаюсь на дно.
Я там отдохну, успокоюсь, согреюсь.
Где сила, где слабость - теперь всё равно,
вернуться наверх я уже не надеюсь.
========================================
В театре гасят лампы. Над рядами
витает дух немого соучастья.
Ряды не делят публику на части,
и мы вдвоём, и вечность в нашей власти,
мы вместе - только сцена между нами.

Вот поднят занавес, и в зал закрыты двери.
На сцене та, которую все знают.
Она полуживёт, полуиграет,
и вдруг не понарошку умирает.
Зал это видит. Видит. Или верит.

На сцене жизнь бушует и смеётся,
лгут подлецы и в	бой ведут героев,
качаются прогнившие устои,
а кто-то замахнулся на святое.
И мы вдвоём, и сердце рядом бьётся.

Под светом рамп скользят бесшумно тени -
проекции людей на вертикали.
Как залп, аплодисменты затрещали,
актёры, не скрывая, что устали,
сцепили руки и склонились к сцене.

И вот, в просторном холле, с номерками
гудит толпа - огромная, чужая,
и сказка в гардеробе исчезает...
Но вместе мы, мы	оба это знаем,
и нету больше сцены между нами.
========================================
Как ветра, обнимают каждого,
как до солнца, до них далеко.
Беззащитные и бесстрашные,
с ними страшно всегда и легко.

А их песни всегда недопеты,
а их жизнь - недописанный стих.
Вольнодумцы. Бродяги. Поэты.
Так нечасто встречаем мы их.

Ни к чему не готовы заранее,
не желая жить по	уму.
Им плевать на всемирность признания,
им ведь, в общем, оно ни к чему.

Расшвыряют горстями песни
и уходят,	быстро и вдруг -
нарушители равновесия,
обладатели чистых рук.
========================================
Посмотри, что ты сделала, осень,
этот город теперь не узнать.
На него листопад набросил
красно-жёлтый лоскутный плат.

       А потом потоптались ливни
       по душистой и тёплой листве.
       Уходя, они позабыли
       шёпот капель в моей голове.

Допьяна ты поила	воздух
эликсирами первых льдов
и прозрачных ночей морозных,
и озябших своих цветов.

       Ты украла с деревьев одежду,
       а ещё, быть может, как знать,
       ты крадёшь и мою надежду.
       Кто тебя научил воровать?!

Но все кражи - мелкие шалости
я прощаю их, ничего.
Только не уходи, пожалуйста,
не бросай мен одного.

       Подари навсегда мне бронзовый
       листопадный осенний звон,
       хрупкость голых кружев берёзовых
       и садов опустевших сон,

а когда мне вдруг жить расхочется
или просто сойду	с ума,
я скажу - пусть осень закончится,
пусть скорее будет зима.
========================================
Чёрная дорога изогнулась сталью
взмахом занесённого тонкого клинка.
По дороге той бредёт душа моя пустая,
а за нею тянется мёртвая рука

Скрюченные пальцы крошат льдинки в луже,
удивлённо смотрят мёртвые глаза.
Это тело больше никому не нужно,
душу мою беглую не вернуть назад.

Блики светофоров, фонарей гирлянды
отраженьем в лужах пополам со льдом.
Чёрною дорогой мне пробраться надо,
там мой дом, а впрочем - что такое дом?

Утром на дороге обнаружат тело
лёгкое, ненужное, как бумажный сор.
Завернув в холстину быстро и умело,
сплюнут санитары и поедут в морг

А душа бредёт себе по чёрной по дороге,
ей не страшен холод, ей не нужен кров,
не страшны ей бесы, не нужны ей боги...
Чёрная дорога. Имя ей - любовь.
========================================
Ночью дождь
     заливает следы под	окном
Это значит, сегодня
     закончилось лето
Это осень пришла,
     и с нею мы бродим вдвоём
под печальным дождём,
     под первым осенним	дождём

Тихий гром отражается в лужах
		  из чёрных зеркал
Жёлтый лист оторвался от ветки
		  продрогшей берёзы
Он кружился, летал, он, наверное,
		  что-то искал
Не нашёл, загрустил -
	    и на мокрую землю упал

Окна в стенах домов; в окнах - свет,
		 электрический свет
Дождь стучит и зовёт за собой всех
		 ещё не заснувших
Кто-то руку протянет
	    и вынет счастливый билет
Это осень, и здесь
	    ничего невозможного	нет

А назавтра - в полнеба
		 Пелена серых туч
Между ними осенних небес
		 перезрелая просинь
В куче листьев дрожит и играет
		   солнечный луч
Я люблю тебя очень,
	      шальная и грустная осень
========================================
Шаг за шагом по дороге босиком
День за днём, а	утки - в осень косяком
Грохнет выстрел, для кого-то - смерть
Ну, а стая продолжает лететь
       Листья вниз спешат, кружась - отдохнуть
       Это осень помечает свой путь
       Приоткрой окно, впусти в дом рассвет,
       И в глаза заглянет солнце: "Привет!"
Тихий ветер с холодеющих полей
Сносит к югу крики серых журавлей
Спи, земля, ты видишь зимние сны
Мы прощаемся с тобой до весны
======================================== 
Жить от встречи до встречи, от звонка до звонка,
от письма до письма в круговерти минут,
продираясь сквозь боль, километры, века,
сквозь неверие умных и плевки дурака,
ни секунды не сметь отдохнуть;

на войне, a la guerre, среди лязга мечей,
по колено в крови - марш - по трупам врагов
отыскать среди скал безымянный ручей -
недоверчивый, тихий, осторожный, ничей -
станет морем он без берегов;

и уйти за звездой за предел, за черту,
в перекрестье пространств без чертей и богов,
среди тысяч дорог выбрать именно ту
и мечом своим в свет обратить темноту -
это - счастье, и это - любовь.
========================================
:)_)
       Свистел в ушах колючий ветер,
       хрипело в выхлопной трубе.
       Я сразу даже не заметил,
       как я проехал по тебе.

       Но трещина в передней вилке
       недалеко дала уйти...
       Итог - твои две половинки
       и стенка на моём пути.

       Нас три часа везли в больницу,
       в глазах зевак застыл испуг,
       и долго тыкал в раны спицей
       лицом задумчивый хирург.

       Тебя спросил он "Здесь вам больно?"
       с того конца, где голова.
       Была ты явно недовольна
       и оказалась неправа.

       Он сплюнул на пол "Ей не выжить"
       и "Беломором" задымил.
       В тебе он обнаружил грыжу,
       а про меня, козёл, забыл.

       Взглянул на вещи я трезвее
       и потихонечку пополз.
       Меня поймали два еврея
       и завернули в белый холст.

       Я отдыхал в прохладном морге.
       Тебя туда же привезли.
       Ты мне сказала "Guten Morgen",
       А  ответил "Отвали".

       Мороз нам сладкий сон навел,
       и мы не спорили с судьбой,
       лишь вспоминали, коченея,
       миг яркий встречи нас с тобой.

       Пришел патологоанатом.
       Он гнусно колбасой хрумтел,
       пах коньком, ругался матом
       и перед вскрытием потел.
========================================
:)_)
       Листая старую тетрадь,
       не уставаю вспоминать,
       как вместе рядышком сидели,
       как я давал тебе списать.

       Тогда - вам это не сейчас!
       Припоминаю пятый класс,
       как мимо стула ты садилась,
       как я упер противогаз.

       Мы были молоды тогда,
       нам было горе не беда,
       и головастиков ловили
       вместо уроков мы труда.

       Теперь - другие времена.
       Нас разлучила не война,
       но нам по возрасту пришлося
       теперь сдавать экзамена.

       И вот - полна моя кровать
       различных книгов и тетрадь,
       и, засыпая за листаньем,
       переставаю вспоминать.